Почему Китай хочет стать мировой державой, а Россия нет

Жителей России могла бы объединить правда, пока у них нет национальной идеи. Такое мнение во время встречи с читателями высказал писатель и телеведущий Владимир Познер. «Я убежден, что объединить людей можно только вокруг правды. Вокруг понимания того, что это твоя страна, что она зависит от тебя, что от твоего поведения, от твоего выбора зависит, какой она будет», — поделился довольно пространными заявлениями Познер. При этом заметил, что даже вокруг правды объединить россиян будет сложно, так как «мы ничему не верим».

О том, что у страны нет национальной идеи, политологи, профессора философии и простые граждане рассуждают все годы после развала Советского Союза. С другой стороны, принцип безыдейности записан в Основном законе. Согласно Конституции, принятой в 1993 году, в стране вообще не может быть какой-либо главенствующей идеологии.

В то же время многие понимают, что совсем без идеи жить сложно. В 2016 году по этому поводу высказался президент страны Владимир Путин. На заседании «Клуба лидеров» (объединения предпринимателей из разных регионов) глава государства заявил, что национальная идея России — патриотизм. «У нас нет никакой и не может быть никакой другой объединяющей идеи, кроме патриотизма», — дал свой рецепт решения экзистенциальной задачи президент.

С Путиным тогда никто особо не спорил, да и сложно было выступить против очевидной истины, что желающих жить в России и работать на ее благо, то есть патриотов своей страны, объединяет патриотизм. Но и определенная недосказанность всё равно осталась.

Вряд ли проблему решит и находка от Познера, который призвал объединиться вокруг правды. Даже если представить, что она всегда у всех одна, само понятие звучит довольно абстрактно.

Однако в вышеупомянутом выступлении Познера был весьма важный момент. Телеведущий заметил, что ранее люди мечтали построить коммунизм и это было национальной идеей. Главное тут не то, что люди мечтали построить, а то что национальная идея описывалась не как некое чувство, а как конкретная цель. И вот именно она может быть национальной идеей. А вот объединять людей может некое чувство, например, патриотизма или справедливости. Это как у спортсмена есть цель — стать олимпийским чемпионом, это его идея, а вот любовь к спорту помогает человеку этой цели добиваться.

Например, в Китае национальная идея есть. Там поставили цель к 2049 году, то есть к столетию с момента основания КНР, превратить страну в одного из мировых лидеров и обеспечить построение зажиточного общества. В конституцию государства недавно было записано, что Китай намерен строить «сообщество единой судьбы человечества», то есть превратиться на международной арене в игрока, который возьмет ответственность за другие народы.

Уже под эту цель государство подбирает средства. То есть воспитывает в гражданах чувство патриотизма, борется с коррупцией, реализует глобальный проект «Нового Шелкового пути».

Отсутствие такой конкретной цели у России приводит к тому, что внутренняя и внешняя политика часто получается непоследовательной. То Москва хочет быть частью европейской цивилизации, то входит в жесткий конфликт с Западом и помогает его противникам вроде Венесуэлы и Сирии. То провозглашает собирание «русского мира», то заявляет о невмешательстве в дела других государств. Правительство то обещает повышение уровня жизни простых граждан, то повышает пенсионный возраст и повышает налоги, оправдывая это необходимостью срочно наполнить бюджет.

В этих условиях граждане просто не находят ответов на простые вопросы вроде «для чего жить?» и «ради чего работать?». В лучшем случае говорят, что пытаются позаботиться о своей семье, что вполне может подразумевать и попытку добиться материального благополучия нечестными методами. Решить проблему национальной идеи можно было бы формулированием именно конкретной цели. Но пока этого нет, и общество продолжает пребывать в поисках.

Председатель наблюдательного совета Институт демографии, миграции и регионального развития Юрий Крупнов главную проблему в формулировании национальной идеи видит в том курсе, которая страна выбрала три десятилетия назад:

— На излете СССР, что в итоге и убило его, была выбрана идея построения рыночной экономики. И тогда было принято думать, что рынок всё расставит по своим местам и рассудит, а встраивание страны в глобальную экономику решит все проблемы. Соответственно, можно ничего не делать, не ставить никаких целей, только немного симулировать, чтобы народ не обиделся.

«1000Readers.Ru»: — Но с тех прошло 30 лет.

— В том и проблема, что ничего не изменилось. Тогда отказались от конкретных целей, и сейчас их тоже сформулировать не могут. Эта ситуация будет продолжаться до тех пор, пока государство не разрушится. И это может быть в самое ближайшее время. Либо появятся люди, которые смогут поставить цели. Такие люди появиться могут, в России многое зависит от случая.

Главный научный сотрудник сектора политического и культурологического анализа ИМЭМО РАН Андрей Володин видит причину отсутствия национальной идеи в сложившейся несправедливой системы распределения национального богатства:

— В 1990-е годы я входил в группу, возглавляемую Георгием Сатаровым, которая как раз занималась разработкой национальной идеи. Я тогда слышал много общих фраз гуманистического характера, но главный вывод в том, что национальная идея должна опираться на политико-экономическую модель. Ещё в 1970-е годы в странах, где были развиты общественные науки, в таких как Индия, Китай, Бразилия, было сформулировано, что национальная идея состоит в национализме и развитии. Под национализмом понимается приверженность своей стране и гражданской нации. Развитие — это процесс, который соединяет форсированный экономический рост, более-менее равномерное распределение национального дохода и максимально возможная занятость. Человек должен ходить на работу, получать зарплату, и это примиряет его с политическим режимом.

У нас же экономический рост сейчас близок к статистической погрешности. Некоторые российские эксперты беспокоятся, что США вышли из ДРСМД, но меня беспокоит их экономическое развитие. Сейчас рост американского ВВП составляет свыше 3% в год, при этом сам валовый продукт огромен и намного превышает российский. Это значит, что разрыв между Россией и США постоянно увеличивается. Так что проблема быстрого роста — вопрос выживания России.

Без развития нет национальной идея. Я уважаю Познера, но правдой сыт не будешь. Есть слова советского поэта Николая Рыленкова: «Правда тоже разная бывает, но без доброты это всего лишь мертвая вода». Доброта это и есть экономический рост, равномерное распределение национального дохода, решение проблем занятости. Вот когда это будет, то дискуссии о национальной идее можно будет прекратить.

«1000Readers.Ru»: — Так почему бы не поставить цель и начать экономическое развитие?

— Я часто общаюсь со студентами. Они говорят мне, что с начала 90-х в России построена система, где нет восходящей социальной мобильности. Не случайной в виде неких «лифтов», а именно восходящей постоянно. Иными словами, если человек закончил институт, то он должен жить лучше того, кто институт не закончил, а каждое новое поколение должно жить лучше своих родителей. Вот какая должна быть цель. А все эти посылы про то, что необходимо сдержать инфляцию, это ложные цели, от которых на Западе давно отказались.

Новости России: Владимир Познер высказался о национальной идее России

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Top